Что значит само слово, что такое «незакрытый гештальт» и как его закрывают, откуда взялась гештальт-терапия и чем она отличается от психоанализа.
Подготовлено по материалам лекций программы «Основы практической психологии» института «Образ Мысли»
Немецкое Gestalt переводится как «форма», «образ», «целостная фигура». Смысл в том, что целое не сводится к сумме частей: мелодию мы слышим как мелодию, а не как набор отдельных нот.
Эту идею в начале XX века развивала гештальт-психология — научная школа Макса Вертгеймера, Вольфганга Кёлера и Курта Коффки, которая изучала восприятие. Гештальт-терапия появилась позже и взяла у неё язык и несколько понятий, но это другое направление: не исследование восприятия, а способ помогать людям.
Если потребность не удовлетворена или важное действие не доведено до конца — не высказал обиду, не попрощался, не решился, — ситуация остаётся «открытой». К ней снова и снова возвращаются мысли, похожие ситуации вызывают слишком сильную реакцию, а в теле, по наблюдениям практиков, остаётся напряжение.
У этого наблюдения есть научная опора. В 1927 году психолог Блюма Зейгарник показала, что прерванные задачи запоминаются лучше завершённых: незаконченное дело продолжает удерживать внимание. Этот эффект назвали её именем.
Закрыть гештальт — значит завершить ситуацию внутри себя: сказать важные слова, доделать отложенное или принять, что изменить уже ничего нельзя. Это не всегда значит получить желаемое; иногда это значит отпустить. На занятиях признак завершённости описывают просто: наступает тишина. Мысли к ситуации больше не возвращаются, и сожаления нет.
Фриц Перлз (1893–1970) — немецкий психиатр и психоаналитик. На него повлиял Вильгельм Райх, который обращал внимание не только на слова пациента, но и на тело: позу, дыхание, напряжение мышц. Этот интерес к телу потом стал частью гештальт-терапии.
В 1933 году, после прихода нацистов к власти, Перлз с семьёй уехал из Германии и позже обосновался в Южной Африке. В 1936 году, приехав в Европу на психоаналитический конгресс, он навестил Фрейда в Вене. Встреча вышла короткой и разочаровывающей. На лекциях этот эпизод рассказывают как поворотный: Перлз всё дальше уходит от классического анализа.
В 1942 году выходит его книга «Эго, голод и агрессия», часть которой написала жена, Лора Перлз. В 1951 году вместе с Полом Гудманом и Ральфом Хефферлином Перлз выпускает книгу «Гештальт-терапия», а в 1952-м Перлзы открывают в Нью-Йорке первый институт гештальт-терапии. Широкую известность метод получил в 1960-х, когда Перлз проводил группы в институте Эсален в Калифорнии.
В каждый момент из всего, что нас окружает, выделяется что-то одно — самое важное сейчас. Это фигура, а всё остальное — фон. Когда человек хочет пить, стакан воды становится фигурой, а накрытый стол отходит на задний план. Напился — фигура и фон снова меняются местами.
На занятиях этот механизм показывают и на отношениях. Прошлый опыт тоже становится фоном, и человек невольно накладывает его на нового собеседника: видит в муже отца, а в начальнике — строгую учительницу. Одна из задач терапии — помочь увидеть перед собой живого человека, а не проекцию прошлого.
Перлз выделял три зоны, в которых может быть внимание человека. Внешняя — то, что он видит, слышит, делает. Внутренняя — ощущения тела и чувства. Промежуточная — мысли, фантазии, воспоминания и ожидания. По этой логике, большую часть переживаний порождает именно промежуточная зона: человек живёт в представлениях о том, что было бы или что будет, и теряет контакт с тем, что происходит на самом деле.
В гештальт-терапии описывают несколько способов, которыми человек неосознанно уходит от контакта с другими и с собой: слияние (не отличать свои чувства от чужих), интроекция (жить чужими правилами, не проверив их), проекция (приписывать другим своё), ретрофлексия (направлять на себя то, что адресовано другому) и дефлексия (уходить от прямого разговора).
Гештальт-терапевт не объясняет клиенту, что с ним «на самом деле» происходит. Он спрашивает: что вы сейчас чувствуете? что происходит в теле, когда вы об этом говорите? — и помогает человеку самому прийти к пониманию.
Вместо долгого рассказа о прошлом часто предлагают эксперимент — прожить ситуацию сейчас. Известная техника — «пустой стул»: человек обращается к воображаемому собеседнику, например к отцу, с которым не успел поговорить, и говорит то, что не было сказано. Ещё один приём — усиление: терапевт просит сделать заметнее жест, интонацию или телесное ощущение, чтобы стало понятно, что за ними стоит.
Обычно это регулярные встречи по 50–60 минут. С одной незавершённой ситуацией иногда справляются за несколько встреч, с повторяющимися жизненными сценариями работа идёт дольше. Гештальт-терапия бывает и групповой: Перлз много работал с группами, где один участник работал с терапевтом, а остальные наблюдали и потом делились тем, что откликнулось.
Короткий текст, который Перлз написал в конце 1960-х, стал символом метода. В вольном пересказе: «Я делаю своё, а ты — своё. Я живу не для того, чтобы оправдывать твои ожидания, а ты — не для того, чтобы оправдывать мои. Ты — это ты, а я — это я. Если мы случайно нашли друг друга — это прекрасно. Если нет — этому не поможешь».
На занятиях её разбирают не как призыв к равнодушию, а как напоминание о границах: сочувствовать другому, не растворяясь в нём, и не требовать от людей соответствовать своим ожиданиям.
